12:53 

Мальчик-дракон и.... разное (рабочее короче название)

latissa12
yep
Выкладываю пока в ранге ориджинал фика по Юмской вселенной.

PG-13, гет, мистика, приключения



ПРОЛОГ

…Стояла глухая ночь. Пустынные коридоры тянулись вглубь замка, лишь кое-где тускло чадили звездочки факелов. Повсюду царила глубокая тишина. Так что когда скрипнула дверь, звук был слышен наверно в другом крыле замка. На пару секунд снова все стихло. Потом дверца в конце коридора вновь скрипнула, приотворившись, и оттуда высунулась взъерошенная мальчишеская голова.

Паренек с опаской огляделся и, убедившись, что в коридорах ни души, выскользнул наружу.

— Все уже спят давно… — пробормотал он и, оглянувшись напоследок, потрусил по коридору. Несмотря на то, что мальчишка был упитанный, бежал он довольно ловко. И неудивительно — ему с дружками не раз приходилось пробираться по ночам этими пустынными коридорами: то они в заброшенную башню лазали, то в покои других учеников, то еще куда — в общем, в такие места, где молодым воспитанникам Асфильской академии, находиться строго воспрещалось.
Надо сказать, после вечернего отбоя выходить из покоев вообще было нельзя, но толстяку Шернону с дружками-хулиганами все запреты были как об стенку горох. Даже наоборот — чем больше запрещали, тем сильнее был соблазн!

Правда сейчас его буквально мороз по коже продирал. Шернон и сам не понимал, почему, но ему было до чертиков страшно красться по этим коридорам. Он то и дело подумывал, не плюнуть ли сегодня на этот деасоров буфет — лучше уж потом как-нибудь…
— Когда Трифа и Харласа выпустят из подземки. А там бы мы уж втроем залезли! Вместе-то всяко веселей! — пробормотал толстяк-Шернон и вновь замедлил шаг, разрываясь между жаждой наворовать праздничной еды и желанием плюнуть на это предприятие. Дурацкий страх пробирал его до самых костей.

Он совсем было решил вернуться, когда в дальнем конце сумрачного коридора послышалось приглушенное цоканье каблучков и такой знакомый писклявый голосок:
— Опять!.. По коридорам после отбоя… А ну-ка разошлись!.. Или к директору Ферону вас?..

И Шернон от этого голоса точно из оцепенения вырвался: толстуха-Лилиана! Опять кого-то поймала на ночной прогулке и, похоже, в том самом месте, откуда он только что вышел!
— Это я удачно сбежал! — вполголоса гыгыкнул Шернон, чувствуя облегчение — попадаться администраторше сейчас было совсем не вовремя! Учитывая, что еще вчера Лилиана грозилась вывести на чистую воду налетчиков на буфет академии.
«Эти негодяи у меня попляшут! Весь замок будут мыть целую неделю, а некоторых придется даже по домам отправить из Асфиля!» — вспомнились Шернону угрозы пухленькой администраторши.
— Небось решила, что поймала ночного налетчика! — хмыкнул Шернон и быстро сбежал вниз по лестнице — нет уж, теперь всяко надо переждать. — А значит, прямая дорога в буфет! — пробормотал Шернон. — И вообще, чего это я? Неужто не утру нос Харласу и Трифу?

За этими размышлениями толстяк даже не заметил, как добрался до массивной двери буфета. Подкрутив фитилек лампадки, Шернон оглянулся — в коридорах было пусто, хотя откуда-то с верхних этажей слышались отдаленные голоса.
— Вот и славно, — пробормотал толстяк, вытащив из кармана плотно скрученную проволоку — самодельную отмычку. — Пока они там разбираются, наберу сладостей, и готово! — ухмыльнулся он в потемках и заскрежетал отмычкой в замке.

Несмотря на то, что хулиган хорохорился, сердце его колотилось как на марафоне — а ну как толстуха все-таки спустится сюда проверить, не своровали ли десерты…
«Что-то они сегодня буйные все… — думал толстяк, — неужто из-за завтрашнего праздника? Или из-за нашей драки с малышней?»

Но долго раздумывать ему об этом не пришлось, потому что в этот момент щелкнул замок, и дверь послушно приоткрылась.
— Фу-х… наконец-то… Деасор и все его забуззы! — выдохнул Шернон и нырнул внутрь.

В буфете царила темень и мертвецкая тишина, правда из окон у дальней стены струился холодный лунный свет, заливая темные громады столов голубоватыми полосами. Все вокруг застыло в торжественном ночном оцепенении.
А Шернон, недолго думая, бросился к шкафам со снедью. По пути он чуть не сбил пару стульев, наткнулся на темную громаду жаровни — лампадка светила кое-как, но толстяку было море по колено.

Добравшись до шкафов с едой, он распахнул дверцы и присвистнул:
— Да-а! Да, Деасор побери!!!

Чего тут только не было! Асфильские повара и впрямь расстарались к празднику! А ведь это только шкафы буфета…
— Что же тогда на кухне-то творится? — ухмыльнулся хулиган и принялся выгружать с полок пригоршни сладостей: конфеты, пирожные, ореховое печенье, десерты кло-фай в стеклянных вазочках… Да тут столько всего, что и не унести! И вообще, вряд ли кто-то заметит исчезновение полдюжины десертов!

Ссыпав конфеты и пирожные в котомку, Шернон открыл стеклянные витрины рядом и чуть не взвыл от восторга: на зеркальной полочке возвышался огромный в половину его роста торт в виде замка! В тусклом свете фонаря можно было разглядеть даже темные бойницы, явно шоколадные, маленькие лестнички, украшенные цукатами, а над самой высокой башней гордо распластал зефирные крылья самый настоящий дракон.

Этот сладкий шедевр впечатлял настолько, что даже хулиган-Шернон застыл с открытым ртом на несколько секунд.
— Явно для выпускников… на завтра! — заворожено прошептал Шернон. И рука его сама собой потянулась к зефирному дракону. — Вот это трофей так трофей! Ну все, держись, ушлан-Харлас! — хохотнул он в полный голос и неожиданно умолк: откуда-то снаружи послышался тихий топоток и голоса.

— Ох, забузз… — сердце хулигана екнуло: дверь-то он не запер и даже не прикрыл как следует!
«А вдруг это толстуха Лилиана? Уже разобралась с тем нарушителем и теперь бежит с охраной ловить преступников в буфет?! Или жердя Талкас… Или… или сам директор Ферон?!» — заметались в голове мысли одна страшнее другой. И Шернон бросился к двери, на бегу засовывая в котомку зефирного дракона. По пути он с грохотом сшиб пару табуреток, чуть не уронил стол.

Светлая тоненькая полоска приоткрытой двери приближалась с каждым шагом… Еще немного!
Краем уха Шернон слышал приглушенные голоса за дверьми, при этом он сам так грохотал сапожищами, что сердце его ухало в пятки. Если это охрана — то они точно его услышали и с минуты на минуту ворвутся сюда…
Но хулиган даже испугаться не успел как следует, потому что створка вдруг громко… захлопнулась! Светлая полоска растворилась во мраке, а снаружи явственно послышались смешки наряду с топотом и возней.

И Шернона буквально окатило волной ярости: это же малышня, первогодки, Деасор их раздери! Небось, те самые лопухи, которых они сегодня за обедом поколотили! А теперь они выследили его и решили отыграться…
Страх его моментально сменился яростью:
— Эй вы, мелюзга! — взревел он точно взбесившийся медведь, но не успел даже схватиться за ручку двери, как снаружи звякнул замок: малышня явно решила его здесь запереть!

И хулиган с воплем задергал ручку:
— Ну все, вам не жить! Лучше сразу бегите к толстухе, пока мы вам головы не оторвали!
— А ты попробуй, выберись сначала! — прогундосили снаружи, явно зажав нос, и Шернон разразился новыми ругательствами, принявшись пинать дверь.
— Завтра вам устроят, сул-лёги! А уж как мы вам шеи намылим! — вопил он. Но за дверьми вновь послышались смешки и топот — уже удаляющийся. Похоже, мелкота всерьез решили его проучить!

Сердце хулигана-Шернона екнуло: вот Деасор… Кажись, он влип… Теперь ему всю ночь придется сидеть в буфете, а на утро его найдут повара и влепят… может, даже подземку, как Харласу с Трифом, или что похуже — исключат из Асфиля!
— Ну, мы вам завтра устроим! — хрипло рявкнул Шернон в пустоту и снова пнул дверь. — Ладно уж, посижу тут до утра, эка невидаль… А поварам можно будет сказать, что меня заперли с вечера, — пробормотал он, усевшись на пол. Потом вытащил из котомки ореховое пирожное.

Но в ту же секунду слух его уловил странный шелест — как будто кто-то в темном углу завозился с хрустящей оберткой из-под печенья.
— Эй, кто тут? — рявкнул Шернон во тьму, сердце его снова заколотилось о ребра. Он чувствовал, что здесь был кто-то еще! Из темноты снова послышалось странное шуршание — то ли малышня забралась вслед за ним, решив толпой все же намять ему бока, то ли кто другой решил десертами поживиться…
— А ну, покажись, сулёга, не то я намылю тебе шею, клянусь! — снова рявкнул Шернон, хотя его живот буквально судорогой сводило от страха.

Он оглянулся и оцепенел: у дальнего стола напротив окна… стоял мальчишка! Фигурка странного паренька буквально светилась в ночной мгле,
— Эй, ты чего… — нерешительно начал было Шернон, как вдруг заметил, что луны-то сейчас не было видно — она скрылась за тучами! И сердце его упало: мальчишка светился сам по себе!
— О, Деасор… — дрожащим голосом протянул Шернон, разглядывая его странный наряд — какой-то допотопный длинный сюртук, совсем не похожий на Асфильскую форму, в руке ученический кейс, правда потертый, как со свалки…

А мальчишка, поймав на себе ошалелый взгляд Шернона, вдруг широко улыбнулся!
И громилу буквально током прошибло:

«Это же… это же призрак! Настоящий призрак!»
Вот почему его отлично видно во тьме… И этот грязный сюртук, потертый кейс, но страшнее всего — жуткий оскал синеватых губ!
— Призрак! Помогите… тут призрак… — не своим тоненьким голосом простонал Шернон, чувствуя, что ноги его стали ватными. Котомка выпала у него из рук, печенье посыпалось на пол.
— Деасор!.. Кто-нибудь!.. Откройте! Скорее откройте! Тут призрак! — завопил он, задолбившись в дверь так, будто выломать ее задумал.

В ту же секунду сзади снова послышался шорох мнущейся бумаги, и Шернон моментально умолк, прильнув к створке всем телом и боясь даже пошевелиться. Его продирал такой ужас, что зубы клацали как на морозе, по шее ручьем струился пот.
— Нет… не-е-ет… — заныл он, точно школьник-первогодка. — Надо обернуться… обернуться. Может... он пропал? — сбивчиво зашептал он, чувствуя, что еще немного, и страх накроет его с головой. — Все… все… его нет… он пропал… ага, — проскрипел он высохшими губами, и медленно-медленно повернул голову.
— А-а-а!!! — услышал он собственный вопль точно со стороны: прямо в лицо ему заглядывал страшный призрачный мальчишка, его синеватые губы застыли в кривой улыбке. Так, что Шернон мог разглядеть каждую морщинку на его лице и даже темные пятнышки веснушек на щеках…

Шернон не помнил, как с воплем дернулся вбок, пытаясь ускользнуть от призрака. Светильник вылетел у него из рук, со звоном разлетевшись вдребезги, и по полу заплясали веселые язычки пламени. Последнее, что Шернон помнил — это как призрак наклонился к нему и странно зашевелил синими губами…

URL
   

latissa

главная